Она двигалась со сдержанной грацией, таящей энергию, как если бы куст, весь в пунцовом цвету, пришел в движение. Казалось, она тоже шагнула в сегодн..
Лоуренс Герберт (Lawrence Herbert)
«Англия, моя Англия»
еле ("Марс" на углу Четвертой и Ховард), но когда он звонит, никто не отвечает, он заставляет служащего открыть дверь и что же видит: я валяюсь на полу среди бутылок, Бен Фаган растяну..
Джек Керуак (Jack Kerouac)
«Биг Сюр»
Некоторые свои идеи я до сих пор нахожу довольно удачными. Но неизбежное случилось именно в тот момент, когда я б..
Пауло Коэльо (Paulo Koelio)
«Пятая гора. Пауло Коэльо»
Смотрите также:
Культ Чака интервью с автором «Бойцовского клуба»
Вы читаете «Уцелевший», страница 1 (прочитано 0%)
«Колыбельная», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сценарий фильма Бойцовый клуб», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тимофеев Иван Константинович
Аннотация:
Удерживаемый Уцелевший Клиент Номер Восемьдесят Четыре потерял всех,
кого он когда-либо любил и всЈ, что придавало его жизни смысл. Он устал, и
спит большую часть времени. Он начал пить и курить. У него нет аппетита. Он
редко моется и неделями не бреется. Десять лет назад он был трудолюбивой
солью земли. Он хотел всего лишь отправиться в Рай. Сегодня он сидит здесь,
а всЈ в мире, ради чего он работал, исчезло. Все его внутренние правила и
самоконтроль исчезли. Нет никакого Ада. Нет никакого Рая. И его осеняет
мысль, что теперь всЈ возможно. Теперь он хочет всЈ.
Чак Паланик
УЦЕЛЕВШИЙ
перевод И.К.Тимофеева
версия 2.0; под редакцией С.Р.Мартышева и И.К.Тимофеева
От переводчика: хочу поблагодарить Татьяну Покидаеву, а также всех
пользователей интернета, чьи замечания и комментарии помогли мне при
исправлении перевода. Особая благодарность моему редактору Сабиру Мартышеву,
без которого вторая версия никогда не появилась бы на свет.
Для Майка Кифи и Майка Смита
Для Шона Гранта, и Хэйди Уиден, и Мэтта Паланика
Агент в этой книге - это не Эдвард Хибберт, который представляет меня
со всем своим мастерством, энергией и юмором.
Никто в этой книге не умен так, как мой редактор Джерри Ховард.
Нет на свете более упорного и заботливого человека, чем Луис Розенталь.
Эта книжка не появилась бы без помощи писательского клуба,
собирающегося у Сьюзи по вторникам.
Ну, кто читает сегодня?
47
Проверка, проверка. Раз, два, три.
Проверка, проверка. Раз, два, три.
Возможно, эта штука работает. Я не знаю. Слышите ли вы меня, я не знаю.
Но если вы слышите меня - слушайте. И если вы прослушаете эту запись,
то узнаете историю о том, как все пошло неправильно. Перед вами бортовой
самописец рейса 2039. Черный ящик. Его так называют, несмотря на то, что он
оранжевый. Внутри - моток проволоки, на которой сделана нестираемая запись
обо всЈм, что осталось позади. Вы обнаружили рассказ о том, как все
произошло.
Продолжайте слушать.
Вы можете нагреть эту проволоку до белого каления, и она все равно
поведает вам ту же самую историю.
Проверка, проверка. Раз, два, три.
И если вы слушаете, то наверняка сами уже знаете, что пассажиры
вернулись домой невредимыми. Пассажиров я высадил на островах Новые Гебриды.
Затем, когда мы снова поднялись в воздух, пилот выпрыгнул с парашютом. Не
знаю, куда. Куда-то в воду. То, что вы назвали бы океаном.
Я продолжаю говорить это, и это правда: я не убийца.
Я здесь один, на этой высоте.
Страницы: (161) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
...
Ее тетушки - в дни молодости ужасные кокетки и ветреницы - были, можно
сказать, предназначены к роли бдительных стражей и строгих судей поведения
своей юной племянницы, ибо нет более чопорных и неумолимых дуэний, чем
состарившиеся кокетки. Они почти не спускали с нее глаз; она никогда не
выходила из замка без большой свиты, или, вернее, охраны, и ей постоянно
внушали правила благопристойности и беспрекословного послушания; а что
касается мужчин, то - боже милостивый! - ее научили держать их на таком
почтительном расстоянии, относиться к ним с таким недоверием, что без
надлежащего дозволения она не посмела бы взглянуть даже на самого красивого
кавалера в мире - да, да! - не посмела бы, даже если бы он умирал у ее ног.
Прекрасные результаты такой системы были очевидны. Молодая девушка
могла служить образцом послушания и благонравия. В то время как ее
сверстницы растрачивали свое девическое очарование среди мирской сумятицы и
мишуры, так что нежный цветок его мог быть сорван и потом выброшен
какой-нибудь безжалостною рукой, она застенчиво и целомудренно, как роза
между шипами-телохранителями, расцветала под бдительным оком добродетельных
старых дев и превратилась, наконец, в прелестную девушку. Тетушки
поглядывали на нее с гордостью и торжеством, похваляясь, что, хотя всем
другим юным девам на свете недолго споткнуться, с наследницей рода
Каценеленбоген, благодарение небу, ничего подобного случиться не может.
Хотя барону Ландсхорту и не посчастливилось иметь много детей, все же
за его стол садилась куча народу, так как судьба с избытком наградила его
бедными родственниками. Все они, как один, обладали характером пылким и
привязчивым, что вообще свойственно небогатой родне; все обожали барона и
пользовались любым подходящим случаем, чтобы налетать к нему целыми стаями и
оживлять своим присутствием замок...
